Предгорный лес

[Лианель Саэрин Студент Магнус]

Лианель замерла, боясь спугнуть неясыть, и с восхищением наблюдала за тем, как Герберт общается с птицей. Было видно, что это не просто умение - за этим стоял опыт, терпение, часы, проведённые в совятне среди пернатых обитателей. Юноша считывал микродвижения, наклон головы, выражение больших янтарных глаз, и переводил это на человеческий язык так естественно, будто просто слушал собеседника.
Удивительно... Я чувствую настроение Лунтелены через нашу связь, но Герберт добился чего-то похожего чисто через наблюдение и практику. Это по-своему даже сложнее.
Когда он произнёс слова совы - что птицы стараются обходить это место в конце июля, - Лианель почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она инстинктивно коснулась амулета на шее, и тот слабо отозвался теплом, словно подтверждая: да, здесь что-то не так.
- Конец июля... - повторила она тихо, скорее для себя, чем для Герберта. Зелёные глаза с золотистыми искрами сузились в сосредоточенном выражении. - Герберт, это совпадает. Певчие трутовики активны именно в это время - три дня в году. И птицы избегают этого места в тот же период. Это не может быть случайностью.
Она присела на корточки, положив ладонь на землю. Прикрыла глаза. Мать учила её чувствовать энергетические потоки через прямой контакт с почвой - там, где корни деревьев переплетались в невидимую сеть, передавая друг другу информацию о состоянии леса. Сейчас, после настоя ясности мысли, восприятие было особенно острым.
Потоки... они не хаотичны. Они идут откуда-то снизу, из-под земли, и грибы - они не просто растут здесь. Они как... антенны? Приёмники?
Лианель открыла глаза и посмотрела на неясыть, которая спокойно сидела на ветке, позволяя Герберту гладить себя.
- Она сказала "что-то не нравится" - а не "что-то опасно". Это важное различие, - Лианель выпрямилась, доставая из сумки блокнот и быстро записывая наблюдения. - Животные чувствуют тонкие изменения в магическом фоне гораздо раньше, чем большинство магов. Помнишь те светящиеся облака над горами, о которых я рассказывала? Защитные символы на замке тоже реагировали. Всё это - один и тот же процесс.
Нужно спросить у мамы, не упоминалось ли что-то подобное в хрониках Элевадо. Эльфы ведут записи тысячелетиями - если подобные циклы случались раньше, они должны были это зафиксировать.
Она повернулась к неясыти и, понизив голос до мягкого, почти мелодичного тона, произнесла несколько слов на эльфийском - не заклинание, скорее благодарность, какую эльфы традиционно выражали лесным обитателям. Неясыть моргнула и чуть наклонила голову, словно прислушиваясь.
- Герберт, а можешь спросить у неё - это началось недавно или птицы всегда избегали этого места в это время? Если всегда, значит цикл устойчивый. Если недавно - значит что-то усиливается.

[Герберт Фарнон Студент Сайрес Префект Сайреса]

Изучать грибы через птиц - звучит довольно удивительно. Но чего только в науке и в магии не бывает. Под умным взглядом птицы Герберт инстинктивно расслабился. Не было ничего опасного, просто влияние удивительных грибов, видимо, было гораздо сильнее, чем он мог предположить.
— Получается, что так. Видимо, нам повезло, Лианель. Потому что, думаю, мы довольно близко. Я спрошу про то, как это ощущается для птиц. Для сов, по крайней мере.
Он задал вслух вопрос, обращаясь к сове. Та ухнула, взмахнула крыльями, заметно оживляясь. Ее большие глаза расширились еще больше. Герберт интерпретировал это как общее возбуждение совы при упоминании темы, которая была не совсем приятной. Последующие уханья были глубокими, едва слышными, словно они уходили вглубь тела совы, отдаваясь вибрацией по ней.
— Кажется, им не нравится потому, что слишком сильно влияет на уши. Создает определенный гул. Он неприятный... — Герберт помолчал, поглаживая сову, чтобы немного успокоить ее. — Лучше ей улететь тогда отсюда. Но все сходится, трутовики вызывают слуховые галлюцинации у людей. А у сов, видимо, слишком большое давление на слух, из-за которого они теряют чувство ориентации в пространстве.
Герберт наклонился чуть поближе к сове, прощаясь с ней. Та ухнула вновь, звонко, и улетела, теряясь среди черных деревьев.
— Мы выпили немного зелья, надеюсь, что его действия будет достаточно. Но если вы будете чувствовать себя странно, то давайте договоримся, что сразу же скажем друг другу об этом. Я тогда телепортирую нас. Пойдем пока туда, — Герберт указал куда-то в направлении северо-востока. Как будто бы там могло что-то быть. Лианель наверняка тоже чувствует это, у нее ведь гораздо сильнее связь с природой.

[Лианель Саэрин Студент Магнус]

Лианель проводила взглядом неясыть, пока та не растворилась в темноте между ветвями. На душе стало одновременно легче, от подтверждения их догадок, и тревожнее, потому что теперь они шли туда, откуда улетают даже совы.
- Договорились. Любое странное ощущение - сразу говорим, - она кивнула, убирая блокнот в сумку и застёгивая её. - И спасибо, что отпустили её. Нечестно было бы заставлять сову оставаться там, где ей плохо.
Она двинулась за Гербертом в направлении северо-востока, стараясь ступать мягко, как учила мать: по-эльфийски, перенося вес с пятки на носок, почти не ломая сухих веток под ногами. Лес становился гуще, кроны деревьев смыкались плотнее, и последние отблески заката едва пробивались сквозь листву.
Он прав, я тоже это чувствую. Не глазами, не ушами... а будто что-то тянет. Как течение под водой, которое не видно с поверхности.
Лианель на ходу вытянула левую руку, касаясь кончиками пальцев стволов деревьев, мимо которых проходила. Кора берёз и сосен ощущалась привычно, знакомо, но чем дальше они шли, тем отчётливее в энергетических потоках деревьев проступало нечто чужеродное. Не враждебное, но... вибрирующее.
- Герберт, - она заговорила негромко, почти шёпотом. - Деревья здесь... напряжены. Это сложно объяснить. Обычно энергия в стволе идёт ровно, от корней к кроне и обратно. А тут она пульсирует, как будто что-то снизу задаёт ритм. Мицелий, наверное, грибница трутовиков наверняка распространяется на десятки метров от самих плодовых тел.
Если грибница настолько обширная, то трутовики могут влиять на весь участок леса одновременно. Не только звуком, через корневую сеть.
Она остановилась на мгновение и прислушалась. Тишина была неестественной, ни шороха, ни стрёкота насекомых. Только их собственное дыхание и едва уловимое... что-то на самой границе слуха. Не звук даже, а ощущение звука, словно кто-то далеко-далеко провёл смычком по струне, слишком низкой для человеческого уха.
- Вы слышите? - Лианель посмотрела на Герберта, и её эльфийские уши, чуть более острые, чем у людей, едва заметно дёрнулись. - Или точнее, чувствуете? На границе восприятия... Что-то гудит. Очень тихо. Мы, кажется, действительно близко.
Она инстинктивно коснулась амулета, тот пульсировал теплом в такт этому невидимому ритму. Лианель достала один из кристаллов для фокусировки магии и сжала его в ладони. Не для заклинания, просто чтобы обострить восприятие и одновременно удержать собственные мысли в ясности, если зелье начнёт ослабевать.
- Давайте двигаться медленнее, - предложила она, понижая голос ещё больше. - И, может, стоит зажечь светляк? Уже совсем темнеет. Я неплохо вижу в темноте, но если трутовики влияют на восприятие, лучше не полагаться только на одно чувство.
Три дня в году. Мы попали точно в окно активности. Это удивительная удача... или удивительная глупость. Папа бы сказал: одно от другого отличается только результатом.